Сергей Эйзенштейн. Четвертое измерение в кино -
14 >
"Запоздалой жатвы" ("Генеральная линия", часть 5-я).
Как и для построения картины в целом, так и в этом частном
случае
соблюден основной ее постановочный прием.
А именно, конфликт между "содержанием" и традиционной для него
"формой".
Патетическая структура приложена к непатетическому материалу.
Раздражитель отделен от свойственной ему ситуации (например, трактовка
эротики в картине) вплоть до парадоксальных тонических построений.
Индустриальный "монумент" оказывается пишущей машинкой. Свадьба... но быка с
коровой. И т. д.
Поэтому тематический минор жатвы разрешен мажором буря,
дождя. (Да и
сама жатва -- традиционно мажорная тема плодородия в пылающих лучах солнца--
взята для разрешения темы минорной и к тому же смоченной дождем.)
Здесь нарастание напряжения идет путем внутреннего усиления звучания
одной и той же доминантной струны. Нарастающее предгрозовое
"давление"
куска.
Как и в предыдущем примере, тональной доминанте -- движению как
световому колебанию -- сопутствует и здесь вторая доминанта, ритмическая, то
есть движение как перемещение.
Здесь она реализована в усиливающемся ветре, уплотняющемся из воздушных
"токов" в водяные "потоки" дождя. (Полная аналогия: шаги солдат,
переходящие
в коляску.)
В общей структуре роль дождя и ветра здесь вполне идентична связи между
ритмическими качаниями и сетчатой бесфокусностью первого примера. Правда,
характер взаимоотношений прямо противоположен. В
противоположность
консонансу первого примера мы имеем здесь обратное.
Сгущающиеся в черную неподвижность небеса противопоставляются
усиливающемуся в динамике ветру, нарастающему и уплотняющемуся из воздушных
"токов" в" водяные "потоки"-- следующую стадию интенсивности динамической