Сергей Эйзенштейн. Вертикальный монтаж -
19 >
соответствии тембров голосовых и инструментальных, Гиль "уточняет" свои
таблицы, вводя в них еще и согласные, и тембры инструментов, и целый каталог
эмоций, представлений и понятий, которые им якобы абсолютно соответствуют.
Макс Дейтчбейн в своей книге о романтизме (Мах Deutschbein, "Das Wesen
der Romantik", 1921) считает "синтетизацию разных областей чувств" одним из
основных признаков в творчестве романтиков.
В полном соответствии с этим мы снова находим подобную таблицу
соответствий гласных и цветов у А.-В. Шлегеля (1767-- 1845)16
(цитирую по книге: Henry Lanz, "The Physical basis of Rime", 1931, p.
167--168):
"... A -- соответствует светлому, ясному красному (das rote Licht--
helle А) и 'означает молодость, дружбу и сияние. И -- отвечает
небесно-голубому, символизируя любовь и искренность. О -- пурпурное, Ю --
фиолетовое, а У -- ультрамарин".
Другой романтик более поздней эпохи -- тонкий знаток Японии Лафкадио
Херн1*--в своих "Японских письмах" ("The Japanese Letters of
Lafcadio Hearn", edited by Elizabeth Bisland, 1941) уделяет этому вопросу
тоже немало внимания; хотя он и не вдается в подобные "классификации" и даже
осуждает всякие попытки отхода от непосредственности в этом направлении в
сторону систематизации (критика книги Саймондза "В голубом ключе", Synxonds
"In the Key of Blue", в письме от 14 июня 1893 г.)
Зато за четыре дня до этого он пишет своему другу Базилю Хэллу
Чемберлену:
"... Вы были истинным художником в вашем последнем письме. Ваша. манера
музыкальными терминами описывать цвета ("глубокий бас" одного из оттенков
зеленого и т. д.) привела меня в восхищение..."
А еще за несколько дней до этого он разражается по этому поводу