Библиотека кино

93 >

- Многие моменты в ваших фильмах
явно оправдывают сравнение с Набоковым:

это и вкус к игре, и любовь к фотографии, и увлечение насекомыми...
112
- Мой отец был орнитологом, и мне хотелось пойти по его стопам,
но найти в этой же области такой уголок, который был бы только моим. Отец
страстно любил птиц, а я обратился к тому, что птицы ели. Так я заинтересовался
энтомологией... И я больше люблю монтировать фильм, чем снимать, испытывая
удовольствие, подобное тому, которое испытывает человек, когда рассматривает
склянку с насекомыми и пытается определить их место в
природе, чтобы выяснить, нет ли среди них нового вида.

- Как вы миритесь с тем, что вас
сравнительно мало ценят в Англии?

- Действительно, странно, что люди
по-настоящему интересующиеся моим творчеством, не говорят по-английски. Мое кино
вызывает несравненно больший энтузиазм за рубежом.

- Вы однажды сказали, что
жестокость, насилие обязательно предполагает чувство ответственности.

- Практически всегда насилие в кино - насилие,
характерное для рисованной мультипликации об утенке Дональде, когда вопрос об
ответственности вообще не стоит. На мой взгляд, стиль моих фильмов, с его особым
набором приемов, с повторами, с театральными эффектами и оперными ассоциациями,
ясно показывает, что я пытаюсь внимательно посмотреть на проблемы насилия, чтобы
показать, что в каждом случае у них есть причины и следствия...

"L'Avant- Scene Cinema", No 417-418, Decembre 1992/Janvier 1993
Питер Гринуэй - один из тех современных
режиссеров, которые больше всего верят во взрывную силу изображения.
Повествование и персонажи улетучиваются: режиссура производит короткое замыкание
живописных средств и темы. Если включиться в эту игру, результат нельзя не
счесть ослепительным.